|
Папка вечером с калыма пришел — стиральную машину кому-то в городе подсоединял. Сразу бух — и захрапел. Даже ближние благоустроенные дома, через улицу — и те уже были «городом». О Джульке он пока умолчал. И выкуривать врага из его собственного логова, — по-книжному сказал Бракин: он не так давно с егэ прочитал воспоминания маршала Жукова о Великой Отечественной войне, а потом, раз 2011 этой войной, читал уже всё, что попадалось под руку — от Мерецкова до Типпельскирха. Они повернули на Чепалова. Прошли последний в этих местах фонарь. география дом стоял, окутанный белесым неземным туманом, и казался призрачным. Он смотрел на Андрея, а Андрей, пятясь, почему-то показывал на большой сугроб, наметенный под покосившимися деревянными воротами. Бракин перевел взгляд и тоже невольно сделал шаг назад. Из сугроба, пылясь взвихряющимся снегом, медленно поднималась исполинская белая фигура. Она поднималась, словно невидимые умелые руки лепили из снега гигантский памятник, отдаленно похожий на лежащую собаку. Он стоял в переулке один.
Он полз и полз, и только демо егэ география 2011 не мог понять, почему страшное видение не отдаляется; не отдаляются ни сугроб, ни черные покосившиеся ворота, ни окна, заколоченные крест-накрест… Тогда он догадался оглянуться. И увидел Густых, который стоял у него на пути. В него-то Уморин и уперся задом. Рук у Густых не было — только болтались полуоторванные рукава пиджака фирмы «Босс». Густых криво усмехнулся синим лицом, и внезапно сильно ударил Уморина ногой в зад. Уморин растянулся на обледеневшей дороге и покатился прямо к страшной белой собаке. Только теперь это была не собака. егэ самая, с серебристой шерстью 2011 ласково горящими глазами. Он неловко поднялся, поскальзываясь, потом замер. К дому сбегались волки. Некоторые из них были настоящими волками, другие — одичавшими в окрестных свалках собаками, третьи — полулюдьми. Их становилось все больше. Не обращая внимания на Белую, они подбегали к воротам, крутились возле них, потом, найдя подходящее место, прыгали через забор во двор. Во дворе, за сараями, тучей летел снег. Это Коростылёв копал яму. Волки не обращали на него внимания, они медленно, кругами обходили огород, двор, надворные постройки, и постепенно круг сжимался вокруг дома. Наконец, они сели — тесно, один к одному, — обступив дом, взяв его в кольцо. Подняв морды, молча смотрели на дом: окна с наличниками, забитыми снегом, куски оторванной фанерной егэ моток ржавой проволоки на гвозде, дырявую алюминиевую ванну, прислоненную к завалинке под навесом.
|
